ВЕРСИЯ ДЛЯ СЛАБОВИДЯЩИХ
x

ВЕРСИЯ ДЛЯ СЛАБОВИДЯЩИХ

Для увеличения размера текста, зажмите
клавишу Ctrl и покрутите колесико мышки от себя

Ctrl + 0 - возврат к нормальному отображению сайта

Краевое государственное бюджетное учреждение здравоохранения
Алтайский край, г.Барнаул, ул.Ляпидевского, 1
ВОПРОС ОТВЕТ
Главный внештатный трансплантолог Минздрава Алтайского края Евгений Григоров об особенностях трансплантации органов

 

Евгений Григоров, заведующий отделением пересадки органов КГБУЗ Краевая клиническая больница, главный внештатный трансплантолог Минздрава Алтайского края, рассказал журналистам об особенностях трансплантации органов.

Отделение пересадки органов в Краевой клинической больнице функционирует с ноября 2012 года. В нем трудятся четыре хирурга, один терапевт, средний и младший медперсонал.

В отделении освоили трансплантацию трех видов: сердца, печени и почки.

Что касается почек, их функцию долго можно замещать с помощью гемодиализа. И все же «живая» часть организма в разы улучшает качество жизни, поэтому ее пересаживают чаще всего.

Евгений Григоров: «Мы никогда не заставляем пациента идти на операцию. Некоторых устраивает трижды в неделю на четыре часа приезжать на диализ. В случае отказа сердца или печени, ситуация сложнее. Так как их протезирование невозможно».

Нередки случаи, когда люди сознательно отказываются от пересадки, руководствуясь принципом «Будь что будет». Некоторые и вовсе не знают, что существует такой вид медицинской помощи.

Те, кто решился на вмешательство и не имеет противопоказаний, оказываются в листе ожидания.

Однако это не всегда значит, что «новенький» пациент — последний в очереди.

Евгений Григоров: «Как-то раз ко мне на осмотр пришел мужчина с циррозом. Ситуация была тяжелая. Он решил, что хочет включиться в лист ожидания. Спрашивает: «А сколько там человек?» Просчитать время пытался. А я ему говорю: «Дело не в количестве людей, а в том, как скоро найдется подходящая печень».

Если бы можно было пересадить нуждающемуся, например, первое попавшееся сердце, мир трансплантологии стал бы проще, а люди — здоровее.

Но в реальности из-за иммунологических особенностей подбор органа — индивидуальный и сложный процесс.

Таким образом, ждать можно как несколько лет, так и несколько дней. «Был случай, когда женщина получила печень через шесть дней», — вспоминает врач. Но так везет не каждому.

Сейчас в листе ожидания органов в Алтайском крае находятся 150 человек.

Евгений Григоров: «В конце 2021 года умерла одна из моих пациенток. Молодая женщина, ей было чуть за 30. Она ждала почку почти десять лет. И, к сожалению, не дождалась. В такие моменты особенно тяжело понять, что помочь всем — невозможно».

Кроме того, если в анамнезе реципиента значится переливание крови, этот факт также осложняет поиск.

Евгений Григоров: «Раньше анемию лечили преимущественно регулярными переливаниями крови, а не лекарствами. Но загвоздка в том, что в донорском биоматериале находятся антигены, которые провоцируют выработку определенных антител. От того, насколько велик их процент, зависит сложность подбора замены».

Расчеты в такой ситуации нехитрые и неутешительные. Допустим, в организме человека 79% антител. Это значит, что больному не подойдут 79 из 100 потенциальных органов.

Как же находят «запчасти». Есть два варианта донорства. Первый — от живого реципиента, то есть родственника (причем, им не являются муж и жена).

Второй — от человека, мозг которого погиб в результате тяжелой травмы или инсульта. Тогда жизнеспособность его внутренних органов поддерживают аппараты.

В России работает презумпция согласия на посмертное донорство. По ней каждый человек после смерти может стать донором. Если при жизни не оформил письменный отказ.

Евгений Григоров: «Не нужно думать, что все так просто: умер — забираем. Сначала смерть мозга нужно констатировать. Это сложнейшая процедура, которая длится минимум шесть часов.

Кроме того, нам нужны только здоровые органы, поэтому мы не можем взять их у человека, который умер от инфекции. Возраст — тоже важный фактор. Умерший должен быть не старше 65 лет».

Сейчас в программе посмертного донорства участвует только краевая клиническая больница. Чтобы подготовить биоматериал к трансплантации, у медиков считанные часы.

Евгений Григоров: «В нашем арсенале есть специальные препараты для консервации. Например, почку с их помощью можно сохранить на 48 часов, а сердце — всего на шесть. После оно уже никуда не годится».

Региональное отделение пересадки органов сотрудничает с коллегами по всей Сибири.

Евгений Григоров: «Недавно к нам благополучно прилетели почки из Красноярска. Одна была пересажена через 15 часов после изъятия, а вторая — через 19 часов. Если орган наш, местный, то среднее время консервации составит 5−6 часов».

В свою очередь, донорские органы из Барнаула могут быть отправлены для пациентов из других городов, например, в Новосибирск, Кемерово и Иркутск.

Идеальными с точки зрения скорости являются пересадки от родственника. Тогда положить орган в банку нужно всего на 50 минут. Однако в этом виде операций есть другие риски.

Евгений Григоров: «Такие вмешательства добавляют хирургу седых волос. Ответственность запредельная. Мы беспокоимся за донора чуть ли не больше, чем за реципиента. Проводим тщательное обследование, просим еще раз все обдумать».

Ведь изъятие внутренности не прибавляет здоровья. Но все-таки после вмешательства оба пациента могут вести полноценную жизнь благодаря поддерживающей медикаментозной терапии.

Сегодня в отделении пересадки от родственного донора проводят трансплантацию только почки. Но ее нельзя пересадить раз и навсегда. Орган от мертвого донора функционирует 10−11 лет, от живого — 12−15 лет.

Лучше всего для пациента подходит почка от родственника первой линии. Как правило, родитель отдает один орган своему сыну или дочери.

Доноры в таком случае принимают решение без колебаний. Врачам достается не менее сложная задача — исключить все риски инвалидизации.

Поэтому иногда приходится отказывать родственникам-донарам. С печенью в этом плане проще — она регенерирует.

Понять, что все прошло успешно можно по тому, как функционирует трансплантированный орган. Он может заработать сразу или чуть позже.

В редких случаях происходит отторжение. Тогда проводится повторная операция, уже по изъятию. И пациент снова оказывается в листе ожидания или на гемодиализе.

Все вопросы, касающиеся трансплантации, регламентируются статьей 47 «Донорство органов и тканей человека и их трансплантация (пересадка)» Федерального закона «Об охране здоровья граждан в Российской Федерации».

Органы и ткани человека не могут быть предметом купли-продажи. Купля-продажа органов и тканей человека влечет уголовную ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.
А вот стоимость операций по их замене рассчитать можно. Например, трансплантация почки стоит около миллиона рублей, печени — 3 млн. рублей.

В отделении пересадки органов Краевой клинической больницы такие вмешательства проводятся бесплатно по государственной программе в объеме высокотехнологичной медицинской помощи.

Евгений Григоров: «Мы проводим примерно 20 пересадок в год. Конечно, хотелось бы больше. Еще есть планы освоить трансплантацию и других органов. Например, поджелудочной железы».

 

https://altapress.ru/zdorovie/story/ot-serdtsa-pochku-otorvu-299418

 

 

 

0.1119 s
Top.Mail.Ru